Глеб Каверин всегда был человеком, которого трудно забыть. Военный хирург с железными нервами, привыкший зашивать людей в полевых условиях, где вместо операционной - палатка, а вместо света - фонарик. Он только что вернулся из очередной долгой командировки в Африку. Усталый, обветренный, но всё ещё с той же привычкой смотреть на мир чуть насмешливо и немного сверху.
Нижний Новгород встретил его привычным серым небом и запахом Волги. Глеб сел на теплоход, собираясь просто добраться до дома, выпить нормального чая и пару дней не слышать ни сирен, ни криков. Но судьба решила иначе.
На верхней палубе внезапно стало плохо молодой девушке - яркой, уверенной в себе, с огромным количеством подписчиков в интернете. Беременность уже подходила к концу, и всё шло нормально, пока не начались резкие схватки прямо посреди реки. Рядом оказался Евгений Борисович Добровольский - руководитель крупного перинатального центра, человек в дорогом костюме и с солидной репутацией. Только вот в реальной экстренной ситуации, без привычных инструментов и ассистентов, он растерялся.
Глеб смотрел на это несколько секунд. Потом молча отодвинул всех в сторону и начал работать. Руками, ножом для фруктов, ремнём от чьей-то сумки, подручными средствами - как привык там, где нет выбора. Он нарушил все возможные инструкции, протоколы и правила. Но через полчаса на теплоходе раздался первый крик новорождённого ребёнка. Мать была жива. Ребёнок тоже.
После этого город словно сошёл с ума. Врача-самоучку с теплохода называли героем. Местный телеканал сделал сюжет, потом ещё один. Соцсети заполнились фотографиями и восторженными комментариями. Глеб Каверин стал местной знаменитостью за одни сутки.
Только слава имеет неприятное свойство быстро показывать обратную сторону. Корреспондентка, решившая сделать эксклюзивное интервью прямо на дому у доктора, приехала без предупреждения. Камера включилась в тот момент, когда Глеб открыл дверь. А в гостиной, на диване, сидела его жена Марина. Рядом с ней - другой мужчина. Они даже не успели встать и сделать вид, что ничего не происходит.
Кадры получились настолько откровенными, что их крутили в новостях весь следующий день. Теперь Нижний Новгород обсуждал не только акушерский подвиг на теплоходе, но и то, как у героя-хирурга рушится собственная семья. Кто-то сочувствовал Глебу. Кто-то злорадствовал. Большинство просто пожимали плечами - мол, жизнь.
Глеб же смотрел на всё это с тем же усталым выражением, с которым обычно смотрел на очередного раненого. Ему было уже не привыкать, что самые важные вещи в его жизни ломаются без предупреждения. Он не кричал, не устраивал сцен. Просто закрыл дверь, выключил телефон и налил себе крепкого чая.
Теперь ему предстояло разобраться сразу с двумя вещами: с внезапно свалившейся известностью и с тем, что осталось от его брака. И то, и другое требовало от него одного и того же - не растеряться. Как тогда, на теплоходе, когда секунды решали всё.
Он понимал: назад дороги нет. Ни к прежней тишине, ни к прежней Марине, ни к прежнему себе. Оставалось только идти дальше. Шаг за шагом. Как всегда.
Читать далее...
Всего отзывов
5